Точка максимального обзора

ТМО. В любом ландшафте есть точка (или даже несколько точек), находясь в которых наблюдатель может получить максимум информации об этом ландшафте. На открытой местности такой точкой чаще всего оказывается какая-нибудь возвышенность, например холм или гора, а в лесу — место пересечения тропинок или перекресток дорог. Нетрудно заметить, что все эти элементы ландшафта давно приобрели символическое значение в оккультной и философской литературе и в книгах по саморазвитию, а значит они отражают какую-то внутреннюю особенность или потребность людей, интересующихся подобными вопросами. Применительно к человеку точкой максимального обзора (ТМО) можно назвать такое состояние, при котором он осознает максимум своей личности и жизненного пути, понимает причины и следствия своих действий, мыслей и побуждений и, по возможности, способен оказывать на них влияние. Такое состояние не следует путать с просветлением, поскольку оно временно и во многом зависит от сложившихся условий. Его можно назвать скорее озарением и пиковым переживанием собственной сущности, как если бы путник после долгого блуждания по лесу очутился вдруг на вершине холма и, увидев окрестности на километры вокруг, продолжил свое путешествие дальше.

Лови момент. Жизнь большинства людей циклична и состоит из множества больших и малых кругов, по которым человек ходит одними и теми же маршрутами: дом — институт, работа — отпуск, ссоры — перемирие и т.п. Порой власть этих кругов над человеком кажется непреодолимой, тотальной и всепроникающей. Их вращение парализует волю, затуманивает ум и превращает людей в послушных зомби, бегущих за адской колесницей только лишь потому, что они не могут остановиться без чужой помощи. Картина, быть может, и вправду выглядит безрадостной, однако на самом деле все не так уж и плохо. Круги эти не монолитны, и в них всегда имеется множество дыр и лазеек, через которые человек может ускользнуть: перейти в другой круг или вовсе избрать прямой путь. Проблема в том, что люди не всегда способны разглядеть подвернувшийся шанс изменить свою жизнь, а большинство из тех, кто осознал такую возможность, слишком трусливы, чтобы ею воспользоваться. Одним из самых удивительных и печальных зрелищ можно назвать человека, жаждущего перемен, и одновременно отказывающегося от всех возможностей хоть как-то изменить свою жизнь.

Мечта лентяя. Возьми меня за руку. Да-да, возьми меня за руку. Так уж и быть, я позволяю тебе сделать это. Ты убедил меня, что в твоих словах и вправду есть какой-то смысл, поэтому я позволяю тебе взять меня за руку и повести вперед. Проведи меня через все ловушки и преграды, пройди за меня все испытания, отгадай за меня все загадки, ощути на собственной шкуре все причитающиеся мне синяки и шишки, думай за меня, решай за меня, живи за меня и тогда, если приз окажется достаточно хорош, я, так уж и быть, приму его из твоих рук, а затем пну тебя под зад, дорогой учитель, потому что ты мне будешь больше не нужен.

Гармония препятствий. Иногда для того, чтобы преодолеть препятствие, нужно преодолеть самого себя, но порой бывает и так, что для преодоления себя нужно преодолеть какое-нибудь препятствие.

Самоконтроль. Зачастую люди оценивают свой опыт как позитивный или негативный, чтобы оправдать свои поступки: я поступил «хорошо», потому то я «хороший человек» или я специально поступил плохо, чтобы не совершать подобных ошибок в будущем. На самом деле большинство оценок и оправданий придумываются уже после того, как действие совершено. В самом действии редко содержится что-либо, кроме неодолимого желания совершить его. Самоконтроль заключается в том, чтобы думать перед тем, как что-то с делать, а не в том, чтобы воображать, будто думаешь.

Ловушка опыта. Из любого жизненного опыта при желании можно извлечь какой-нибудь полезный урок, однако порой люди попадают в ловушку, когда начинают думать, будто все им дозволено и все полезно. Они принимаются «обогащать» свой опыт всем подряд, а в результате самым натуральным образом превращаются в свиней, через которых все проскакивает и ничего не задерживается. Может быть полезной иногда побыть свиньей, чтобы узнать каково это, но задерживаться в подобном состоянии все же не стоит.

Мастер и лжеучителя. Мастера стараются приносить много пользы и оставлять мало следов, которые их последователи могут принять за отражение истины, образец поведения или общеобязательную догму, ведь мастер знает, что чужими следами к себе не придешь. Лжеучителя поступают прямо противоположным образом: пользы от них никакой, а следов полно. Повсюду вокруг себя они создают шумиху, ажиотаж и волнение умов. Мастер дает уроки бесплатно, хотя плата за них может быть очень высока, а лжеучителя берут большие деньги за свои «наставления», которые вовсе ничего не стоят.

Призраки ума. Вера в истинность собственных представлений о людях — это, пожалуй, одна из самых распространенных ловушек, в которую рано или поздно попадает каждый. При этом мало кто осознает всю ее очевидную нелепость: не разобравшись толком в самом себе человек ни с того ни с сего берется судить об окружающих, словно они вдруг превратились в открытые книги, написанные на простом понятном языке. На самом деле это только кажется, что со стороны виднее, ведь люди похожи скорее на котов в мешках — на вид все примерно одинаковые, и пока не развяжешь, не узнаешь, кто сидит внутри: помойная кошка или красавец тойгер. Хуже, когда человек даже толком не разобравшись, начинает считать других людей именно такими, какими ему хочется думать: глупыми, наивными, беспомощными, жалкими и почти никогда умными, добрыми, открытыми и отзывчивыми. Нетрудно догадаться, что каждый из этих наборов качеств характеризует не людей, а в первую очередь самого оценщика по принципу: скажи мне, что ты думаешь об окружающих, и я скажу, кто ты.

Разговор с зеркалом. Когда человек говорит о других, как правило, он говорит о самом себе, потому что не способен понять в окружающих способности и черты характера, которыми не обладает сам. Тот, кто никогда не любил, не увидит в другом любви, а обманщику повсюду будут мерещится жулики и воры. Рассуждая о других, человек исповедуется, сохраняя при этом иллюзию анонимности. Говорят, некоторые преступники в тайне желают быть разоблаченными. Возможно, именно поэтому чаще всего осуждать людей любят те, кто сам в первую очередь достоин осуждения, причем за те же самые проступки и преступления .

Зеркало в подполье. Воспевший сверхчеловека и волю сильных философ Фридрих Ницше в повседневной жизни был человеком застенчивым, мнительным, неуверенным и не отличавшимся хорошим здоровьем. Словно в оправдание он призывал не судить автора по его произведениям, имея в виду своего сверхчеловека, на которого ни в малой степени не был похож. Однако разоблачил себя Ницше вовсе не в описаниях вымышленных сверхлюдей, а в том, какими глазами он видел людей обычных и даже заурядных. Отсюда и тот восторг, с которым он отзывался о «Записках из подполья» Достоевского — в главном герое он увидел тень собственного отражения, хотя, возможно, и не осознал это в полной мере. Ницше называл Достоевского единственным психологом, у которого он чему-то научился, и оттого чтение Ницше нужно начинать не с его собственных произведений, а с «Записок из подполья», в некоторой степени проливающих свет на личность базельского философа.

Гений и его тень. Я, конечно же, сказал глупость, порекомендовав начинать знакомство с Ницше с произведений Достоевского. Ницше — философ молодости, поэтому читать его следует лет в 16-20, а вот Достоевского раньше 25-30 в руки брать бесполезно — толку не будет. Дело все в том, что Достоевский почти во всех отношениях превосходит Ницше: и по масштабу таланта и по глубине проникновения в человеческую психологию и, что намного-намного важнее, по палитре охваченных им тем. Как и полагается гению, Достоевский безмерно щедр со своим читателем: практически на каждую строчку из первой части «Записок из подполья» можно писать целые тома философских и психологических исследований, но своего пика Достоевский достигает в «Братьях Карамазовых» и «Бесах» — двух книгах, с которыми Ницше, к величайшему сожалению, не успел ознакомиться. Благодаря книгам Достоевского можно понять Ницше намного лучше, чем по работам самого Ницше, — из них открывается более широкий вид на эпоху, в которой жили оба автора.

Подобное к подобному. Не знаю, проводились ли когда-нибудь исследования поклонников Ницше, но предполагаю, что они во многом похожи. Скорее всего, подростку альфа-самцу не нужно читать книги о сверхчеловеке, чтобы самоутвердиться и занять подобающее место в иерархии. Потребность в Ницше должны испытывать люди преимущественно слабые и неуверенные в себе, в общем — похожие на самого Ницше. Можно пойти дальше и спросить: не обязано ли ницшеанство своей популярностью банальному чувству ресентимент в среде обделенных природой и наследственностью? Этакой своеобразной попыткой оправдать собственные жизненные неудачи ярящимся хаосом громких слов и воззваний к переустройству мира с собственной персоной во главе? К сожалению, книжные дети могут упиваться своими воображаемыми триумфами лишь до тех пор, пока они не выходят во двор — в реальный мир, где пафос и чувство собственной важности редко служат подходящей защитой от кулаков. Интерес в данном случае представляет человек сильный, всесторонне одаренный и прекрасно осознающий свое положение и возможности, который будет читать Ницше мимоходом, со снисходительной улыбкой, не придавая большого значения страницам, испачканным буквами. Пожалуй, именно такому человеку ницшеанство и пойдет впрок, именно он разглядит в Ницше больше, чем остальные, для которых тот давно превратился в гида по стране фантазий о мести и уничтожении мира.

Иллюзорная власть. Некоторым кажется, что книги обладают властью над реальностью, хотя в действительности власть их не распространяется дальше умов людей. В каждую эпоху и в каждом поколении появлялись самозваные пророки, которые, уверовав в истинность очередной книги, бросались в мир проповедовать открывшуюся им «истину», но проповедовали лишь самих себя, потешая публику или проливая кровь.

Главное требование. Главное требование обывателя и вообще человека заурядного можно сформулировать так: думай как я. Обыватель способен еще примириться с непохожестью другого человека, отражающейся в привычках, поведении, мировоззрении и даже сексуальной ориентации, но всеми силами не приемлет иного мышления, иных мотивов и целевых установок — это дезориентирует обывателя и выбивает у него почву из под ног. Например, обыватель всегда, везде и во всем хочет считать себя правым и, как следствие, полагает, что окружающие стремятся к тому же. Он абсолютно искренне убежден, что все люди на Земле больше всего на свете хотят вступать в споры и доказывать свою точку зрения по любому поводу, чтобы почувствовать себя правыми. То, что некоторых людей собственная правота волнует не больше, чем цвет волос, в голове у обывателя никаким образом не помещается. Другой пример: обыватель при всем своем желании «быть таким как все» хочет еще, чтобы его считали оригинальной непохожей на остальных личностью. Как следствие, он приписывает схожее желание и всем остальным. Такому обывателю и в страшном сне не может присниться, что есть люди, которые делают что-то не ради оригинальности и желания выпендриться, а просто потому, что им нравится сам процесс. Сталкиваясь с носителями иного мышления обыватель совершает то же, что и всегда: сделав вид, будто хорошо разбирается в других, он приписывает им качества, которыми обладает сам, проще говоря, заносит их в категорию ущербных и недалеких людей.

Tannarh, 2014 г.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s